Безвестные гвардейцы Каракорума

На излёте жизни я занялся составлением своей родословной. Генеалогическое древо всегда интересовало меня. К своему стыду, я не знаю даты рождения и смерти отца.

Помню по рассказам матери, родители появились на свет в конце XIX века в аиле Чарбай Южской волости Бийского уезда, обвенчались в Паспаульской церкви. В 1897 г. Южская волость имела своё родовое управление в Паспауле.
Однако Паспаульское миссионерское отделение было выделено из Улалинского храма в 1902 году. Туда входили селения Туньжа, Левинка, Салганда, Караторбок, Чарбай, Сугул и другие, ранее относившиеся к Улалинскому приходу.
Чтобы узнать сведения о родителях, 30 июня 2010 года я обратился в Комитет по делам ЗАГС Республики Алтай. Но там хранятся метрические книги только с 1912 года. Спустя четыре года начал поиски в архиве, с октября 2014-го объединенном с ЗАГСом в Комитет по делам записи актов гражданского состояния и архивов РА.
В республиканском архиве в трёх коробках фонда №Д-8-11-12 содержатся «Метрические книги Челушманской (1879 — 1912 гг.), Духовошественской (с. Майма) и Улалинской Спасской церквей Алтайской духовной миссии (1870 – 1896 гг.)» и документы Каракорумской земской управы за 1917 – 1922 годы (сведения о сельскохозяйственных работах в Ашпанакском селении Ыныргинской волости периода Каракорумской власти).
В этом же архиве имеются материалы по Комляжской инородной кочевой волости (ныне — часть территории Чойского района) за 1885 — 1903 годы. По переписи 1896 года, в Чарбае насчитывалось восемь аилов и 18 инородцев, но, к моему разочарованию, в списке не оказалось фамилии моих родителей. Несмотря на неудачу, решил побывать в Алтайском краевом архиве.
Как известно, церковные источники Паспаульского отделения находились в Алтайской духовной миссии, теперь они хранятся в краевом архиве фонда №144. К сожалению, дела за 1891 — 1899 годы, выражаясь архивным термином, оказались в плохом физическом состоянии.
Однако мне повезло: во-первых, в фонде №239 наткнулся на небольшие протоколы собраний, сходов, на распоряжения, заявления, донесения и список гвардейцев-земляков моей малой родины — села Салганда. Во-вторых, здесь же на пожелтевшем листе увидел расписки пользователей — фамилии учёных Горного Алтая С.Я. Пахаева (12.01.1966 г.), В.А. Демидова (08.08.1968 г.), П.Е. Тадыева (17.06.1969 г.), Д.И. Табаева (28 — 30 июня 2005 г.), Э.П. Белекова (12.11.2008 г.). В написании научных работах использовали: С.Я. Пахаев «Контрреволюционная роль Каракорум-Алтайской окружной управы» (сб. «Вопросы истории Сибири», вып. 2, г. Томск, стр. 12 — 130) и В.А. Демидов «Об отношении совдепов Алтая к Каракоруму» (сб. «Вопросы истории Советской Сибири», вып. 4, г. Новосибирск, 1970 г.).
Материалы фонда №239, включенные в опись, отражают деятельность Каракорумской земской управы в борьбе за самостоятельность Горного Алтая (об этом свидетельствуют протоколы съездов, собраний, обращения к населению), создание контрреволюционных отрядов против советской власти. В фонде имеются сведения о председателе земской управы Г.И. Гуркине и его письма в Управление Алтайской духовной миссии о культурной работе среди алтайцев (1917 — 1918 гг.).
Многие источники 1918 года рисуют картину очень плохого положения школ в Ойротии. Приведу один пример из жизни моей малой родины, где в документе говорится: учительница Салгандинской одноклассной школы Клавдия Ерофеевна Панова, выпускница Бийского катехизаторского училища 1917 года, работает в ужасных условиях. На анкетный запрос Наробраза она написала: нет писчей бумаги, ручек, карандашей, часослова (в те годы так называли классный журнал), наглядных пособий, азбуки К. Лукашевича, арифметики Г.М. Вишневского и т.д. Учащихся было 16: 13 мальчиков и три девочки. Здесь уместно отметить, что один из создателей Ойротской автономной области председатель облисполкома Иван Савельевич Алагызов работал в 1911 — 1913 годах учителем в Салгандинской одноклассной инородческой школе.
Долгое время материалы фонда находились под запретом, читать и изучать их могли лишь единицы. Дата поступления документов в архив неизвестна. Для широкой публики фонд стал доступным с 1 января 1965 года.
По протокольным записям, Каракорум-Алтайская окружная управа состояла из 54 человек. Согласно решению съезда Горной Думы будущая столица Каракорума предусматривалась на правом берегу Катуни, на участке в районе Соузги. Каракорумский уезд был утверждён 30 декабря 1918 года. В него входило 28 волостей с населением, по данным 1914 года, 85879 человек.
Редко находятся архивные материалы, о существовании которых мы зачастую не знаем, нет упоминаний о них и в трудах исследователей. Об активном участии жителей Салганды в поддержке каракорумской власти никогда не писали на страницах газет, не сообщали по радио и телевидению, не упоминали в исторической литературе. Один из таких документов оказался про гвардейцев Салганды. Я выписал всё полностью, как есть. Чтобы ничто не осталось в забвении. Решил выявленные факты предать огласке накануне приближения 100-летия Каракорума.
В деле №17 документ начинается с описания события, имевшего место в мае — июне 1918 года в деревне Мыюта, где каракорумцы обезоружили и арестовали Волостной совет и красногвардейцев. Об этом свидетельствует рапорт председателя Мыютинского волостного правления Арчакова: «…при сем сопровождаем 27 человек, арестованных каракорумскими отрядами, в распоряжение окружной управы».
Подлинный документ указывает, что перед жителями Салганды не стоял вопрос, как в Паспауле, кому подчиняться — Бийскому уездному совету или Каракорум-Алтайской окружной управе. Здесь симпатии населения полностью были на стороне Каракорума. В тот период активным сторонникам власти выдавали временное удостоверение, а потом — паспорт на один год. Приведу текст удостоверения полностью: «Предъявителю сего гр. села Салганды Чаптыганской волости Павлу Михайловичу Тобокову, 29 лет, грамотному, Улалинская земская управа со своей стороны препятствий не встречает в выдаче ему паспорта сроком на один год». Имеются подпись и печать.
В те годы территория Салгандинского сельского Совета входила в состав Чаптыганской волости, образованной вместо Комляжской. В Улале находилась Каракорумская земская управа. Её нужно было охранять, нести патрульную службу. К началу июня 1918 г. для охраны Каракорума в Салганде был создан отряд гвардейцев, насчитывавший в своих рядах 12 человек. Несли они охрану управы поочерёдно с гвардейцами из других сёл.
Из донесения №299 от 9 июня 1918 года видно: Чаптыганская волостная земская управа просит Военно-революционный комитет Каракорума «не отказать возвратить подателю сего гражданину Салганды Петру Ивановичу Алмадакову его собственную лошадь — мерина масти мухортой, отправленного в Ваше распоряжение в июне с.г. Означенный гражданин в настоящее время имеет крайнюю нужду в этой лошади». Подписи: зам. председателя Козлов, секретарь Усачёв. На листе №46 от 22 июня 1918 г. №98 Салгандинский сельисполком сообщает коменданту Улалы: «На предписание Ваше от 17 июня за №44 препровождаю двух человек, граждан села Салганды, Савастьяна Кайгородова и Александра Захарова. Оружия для означенных лиц не оказалось». В другом документе — №51 от 16 июня 1918 г. Чаптыганский комитет просит «не отказать освободить и отпустить домой гвардейца Лазаря Федоровича Штанакова с нашим нарочным Петром Каланаковым. Означенный гражданин содержит земскую ямской при сей Чаптыганской волости и в настоящее время крайне необходим. Препровождается 10 фунтов свинины». Местные власти снабжали продуктами питания командный состав Военно-революционного комитета Каракорума.
В донесении Салгандинского революционного комитета от 17 июня 1918 г. об охране окружной управы говорилось: «При сём препровождаются два человека для несения Каракорумской службы в Улале, граждане Василий Алтайчинов и Архип Больчеков. Согласно Вашего отношения от 28/15 июня с.г. на замену находящихся на службах Кайгородова и Захарова. При этом комитет доносит, что в Салганде почти уже все были на службе, а поэтому не откажите дать распоряжение, чтобы следующая смычка была из других сёл волости».
Добровольцы-гвардейцы обязаны были являться в Улалу с конём и обучаться военному делу не менее одного раза в неделю. В ряды народной гвардии каракорумцев принималось способное носить оружие население сёл. Салгандинскому военно-революционному комитету комендант с. Улала поручик Любимцев 28 июня «предлагал выслать на службу двух человек 29 июня с.г. для несения караульной службы». Там, где были созданы гвардейские отряды, как правило, беспрекословно выполняли приказ комитета Каракорума.
О готовности отправки добровольцев Салганды на борьбу против большевиков свидетельствует распоряжение Чаптыганского военно-революционного комитета от 03.06.1918 г. №11, где «комитет просит принять восемь человек гвардейцев в Ваше распоряжение. Не отказать сообщить. Гвардейцы отправляются под командой гвардейца Н. Кулачева. Список прилагается. Это: 1. Григорий Михайлович Козлов. 2. Кузукчи Алтайчинов. 3. Андрей Тужеметов. 4. Михаил Темдеков. 5. Гавриил Тушкинеков. 6. Алексей Атлыков. 7. Павел Казаков. 8. Антон Тужеметов». В этом же документе отмечается: «Отправляются добавочные добровольцы Иван Терентьевич Таштамышев, Логин Александрович Контафаков, Спиридон Иванович Тадыжеков, Иван Васильевич Атлыков.
Список лиц, изъявивших желание пуститься в с. Айское: 1. Николай Тадыжеков — с оружием. 2. Иван Таштамышев. 3. Иван Бедушев. 4. Михаил Трушкоков. 5. Василий Таштамышев. 6. Василий Чеконов. 7. Савелий Тадыжеков. 8. Павел Тобоков — с винтовкой. Эти гвардейцы были вооружены берданкой, пистолетом, винчестером и охотничьими ружьями».
На листе №58 от 13 июня 1918 г. №6 Чаптыганская волость сообщала в Каракорум: «Представляем при сём: девять фунтов пороха и других огнестрельных припасов, шесть лошадей, один револьвер, восемь ружей и пять добровольцев — граждан села Салганды Николая Тадыжекова, Василия Таштамышева, Михаила Трушкокова. Кроме того, с добровольцем Николаем Тадыжековым препровождаются деньги, пожертвованные населением волости на нужды восставшего Каракорума против большевиков. Итого: сорок три рубля сорок пять копеек (43 руб. 45 коп.). Председатель Усачев. Члены: Тодоков, Чиконов». На этом заканчивается подлинные документы архива о салгандинских гвардейцах. Дальнейшая их судьба нам неизвестна, хотя некоторых встречаем в «Книге Памяти Республики Алтай».
Многие активисты Салганды за участие в каракорумском движении были арестованы как враги народа, осуждены и отправлены в ссылку на 10 — 20 лет или же расстреляны.
В заключение посоветую всем просто помнить имена гвардейцев-земляков каракорумцев, которые не оставили заметного следа в нашей истории. Но, безвестные, они ушли достойно из жизни, поэтому потребность в исследовании и изучении данной темы не подлежит сомнению.

Александр Санович Тадыжеков, Горно-Алтайск

Related posts

комментарии