Понедельник, 18 декабря 2017   Подписка на обновления  RSS  Письмо редактору
3:47, 05 мая 2015

Операция «Багратион»


Оперативный план Белорусской операции начал разрабатываться Генштабом в апреле 1944-го. Общий замысел состоял в сокрушении немецкой группы армий «Центр» с последующим освобождением Белорусской ССР. Планом предусматривалось: глубокими ударами четырех фронтов взломать оборону противника на шести направлениях, окружить и уничтожить группировки врага на флангах белорусского выступа — в районах Витебска и Бобруйска, после чего, наступая по сходящимся направлениям на Минск, окружить и ликвидировать восточнее белорусской столицы главные силы группы армий «Центр». По замыслу операции «Багратион» мощные удары фронтов должны были сочетаться с ударами партизан с тыла. Участие многочисленной армии партизан рассматривалось как фактор оперативно-стратегического значения.

К середине мая процесс планирования был в основном завершен. В честь выдающегося русского полководца героя Отечественной войны 1812 года Петра Ивановича Багратиона операция получила условное название «Багратион». Всего для участия в Белорусской операции было сосредоточено 2 млн. 400 тыс. человек, около 5200 танков и САУ, 5300 самолетов, 36400 орудий и минометов.
На участке прорыва обороны сосредоточивалось 75% имевшихся стрелковых дивизий, 78% танков и САУ, 76% артиллерии и минометов. Это дало возможность создать превосходство над противником в людях в три раза, по артиллерии и танкам — в три — шесть раз. В среднем на 1 км фронта на участках прорыва приходилось 150 орудий и минометов и 123 танка непосредственной поддержки пехоты. В отдельных местах была создана плотность 290 орудий и минометов на 1 км фронта.
В апреле враг планировал свою группу армий в Белоруссии отвести на новую линию обороны, однако план был отвергнут Гитлером. Группа армий «Центр» оборонялась на прежних позициях. Витебск, Орша, Могилёв и Бобруйск были объявлены «крепостями» и укреплены с расчётом на круговую оборону. Позиции войск, оборонявшихся в группе армий «Центр», были серьёзно усилены полевыми укреплениями, оснащены многочисленными сменными позициями для пулемётов и миномётов, дзотами и блиндажами. Поскольку фронт в Белоруссии длительное время стоял на месте, немцы успели создать развитую систему обороны.
Окончательно утратив стратегическую инициативу, германское командование с большой тревогой взирало на близкую перспективу борьбы на два фронта. Если командование РККА было неплохо осведомлено о группировке немцев в районе будущего наступления, то командование группы армий «Центр» и генштаб сухопутных войск вермахта имели совершенно превратное представление относительно сил и планов советских войск. Гитлер и Верховное главнокомандование немцев полагали, что крупного наступления следует ожидать по-прежнему на Украине. Для парирования фантомной угрозы были выделены значительные танковые силы и авиация. Начальник штаба оперативного руководства вермахта А. Йодль признавался: «Относительно плана операций 1944 года я могу сказать, что он фактически не существовал…» Германское командование полагало, что главный удар Красной армии летом 1944-го последует на южном крыле Восточного фронта в направлении румынских нефтяных источников.
Это подтверждает и немецкий генерал К. Типпельскирх, командующий 4-й немецкой армией, оборонявшейся в Белоруссии: «Не было ещё никаких данных, которые позволили бы предугадать направление или направления, несомненно, готовившегося летнего наступления русских. Относительно того, что первый удар противника последует севернее или южнее Карпат, скорее всего севернее, мнение было единодушным».
Тем временем советской стороной была организована тщательная разведка сил и позиций противника. Добыча сведений велась по многим направлениям. В частности, разведывательными группами 1-го Белорусского фронта было захвачено множество «языков».
В этих операциях в тылу врага принимал участие наш земляк гвардии младший лейтенант Михаил Федорович Тодогошев. Когда поступил приказ из штаба фронта взять «языка», была сформирована разведгруппа из 20 человек, в которую вошел Михаил Федорович. Несколько дней они ходили по тылам противника. Назад вернулись только четверо, все раненые, но зато прихватили с собой «языка», немецкого офицера. За этот подвиг 4 июня 1944-го командующий 1-м Белорусским фронтом генерал армии К.К. Рокоссовский лично вручил М.Ф. Тодогошеву орден Красного Знамени.
Воздушная разведка 1-го Прибалтийского фронта засекла 1100 различных огневых точек, 300 артиллерийских батарей, 6000 блиндажей и т.д. Также велись активная акустическая, агентурная разведка, изучение позиций противника артиллерийскими наблюдателями. За счёт комбинации различных способов разведки и её интенсивности группировка противника была вскрыта достаточно полно.
Операция готовилась с невиданной тщательностью. Ставка постаралась добиться максимальной внезапности. Все распоряжения командирам частей отдавались лично командующими армий; телефонные переговоры, касающиеся подготовки к наступлению, даже в закодированном виде были воспрещены. Готовящиеся к операции фронты перешли в режим радиомолчания. На передовых позициях велись активные земляные работы для имитации приготовлений к обороне. Минные поля не снимались полностью, чтобы не встревожить неприятеля, сапёры ограничивались свинчиванием с мин взрывателей. Сосредоточение войск и перегруппировка велись в основном по ночам. Специально выделенные офицеры Генштаба на самолётах, патрулируя местность, контролировали соблюдение мер маскировки.
В войсках проводились интенсивные тренировки по отработке взаимодействия пехоты с артиллерией и танками, штурмовым действиям, форсированию водных преград и т.д. Подразделения поочерёдно выводились с передовой в тыл для этих занятий. Отработка тактических приёмов проводилась в максимально приближённых к боевым условиям и с боевой стрельбой.
Таким образом, подготовка операции «Багратион» велась чрезвычайно тщательно, при этом противника удалось оставить в неведении относительно грядущего наступления.
За несколько дней до начала операции партизанские отряды нанесли ряд чувствительных ударов по немцам: уничтожали их транспортную инфраструктуру, линии связи, фактически парализовали тыл врага в самый ответственный момент.
Белорусская стратегическая наступательная операция началась на рассвете 23 июня с очень мощной и эффективной артиллерийской подготовки. На позиции врага устремились тысячи снарядов и мин. Бомбардировщики утюжили передний край обороны немцев, штурмовая авиация уничтожала позиции артиллерии противника в тылу. Под утихающую артиллерийскую канонаду в бой вступала пехота, которая пробивала бреши в обороне врага, куда устремлялись танковые подразделения.
Вот как вспоминал эти события наш земляк Николай Федорович Копытов: «В середине июня 1944 года наш полк прибыл на 2-й Белорусский фронт в район города Чаусы и занял оборону по берегу реки Прони. Линия фронта здесь длительное время была без движения, позиции немцев заросли свежей травой, и там трудно было заметить какие-либо укрепления.
На рассвете 23 июня, а точнее в 4 утра, раздался страшный грохот. Впечатления от этого момента передать очень трудно. Наша самоходка вся дрожала, а ведь она весила 48 тонн. Разговаривать невозможно, даже кричать в самое ухо было совершенно бесполезно. Так началась артподготовка. Наступление наших войск было стремительным. 3 июля освободили Минск. Здесь была окружена большая группировка войск противника. Стояла солнечная жаркая погода. Днем пять машин нашей батареи, растянувшись в линию, стали медленно продвигаться вперед. Заехали на большую полосу высокой ржи, где совершенно неожиданно оказались окопы противника. Немцы в панике бросились убегать, но разве от такой машины убежишь! Командир и наводчик, высунувшись из люков, в упор расстреливали фашистов. Последовала команда зарядить пушку для стрельбы по пехоте осколочно-фугасным снарядом. Мы быстро выполнили команду. Но в это время командир машины по ТПУ (танково-переговорное устройство) обратился к наводчику: «Кулеев, впереди танки, наводи!» Через несколько секунд наш снаряд, установленный на осколочное действие, полетел в немецкий танк и точно угодил под башню. Фугасный снаряд нашей 152-миллиметровой пушки весил 42 кг и имел мощную убойную силу. От немецкого танка остались одни гусеницы и днище, все остальное разлетелось в стороны.
Последовала новая команда: зарядить пушку бронебойным снарядом и стрелять по второму танку. Однако наводчик поторопился и промазал, что позволило немцам скрыться за бугром. Командир машины и механик-водитель были награждены орденами, а наводчик и заряжающие – медалями «За отвагу».
Наступление 1-го Белорусского фронта велось в труднопроходимой лесисто-болотистой местности, пересечённой многочисленными реками. Бойцам пришлось учиться ходить на болотоступах, преодолевать водные преграды на подручных средствах, а также возводить гати. 24 июня после мощной артиллерийской подготовки советские войска пошли в атаку и уже к середине дня проломили вражескую оборону на пять – шесть километров. Своевременное введение в бой механизированных частей позволило на отдельных участках достичь глубины прорыва до 20 км.
Из воспоминаний жителя с. Эликманар И.К. Ластовки: «Наши передовые части уже преодолели часть знаменитых пинских болот. Мне с Казаряном было приказано любой ценой доставить снаряды на передовую позицию артиллеристов, переправившихся через болото. Впереди нас поджидала дорога по наспех сооруженному настилу из круглого леса, который был набросан вдоль и поперёк дороги. Машина по настилу двигалась с максимальной предосторожностью. На каждом метре нашего пути из-за малейшей ошибки водителя можно было отправить тяжелый груз в вязкую жижу болота. Притом артиллерия противника методически обстреливала дорогу. Снаряды плюхались в болото и слева и справа. Осколочные рвались почти на поверхности, поднимая столбы грязи, корни осоки и камыша, мелколесья. Фугасные глубоко проникали в жидкую бездну болота и извергали фонтаны липкой болотной тины. И ни укрыться, ни выйти из-под обстрела. Перелетевший нас снаряд попал в настил, разворотил бревна на дороге. Наша машина оказалась отрезанной от потока машин, двигавшихся за нами. В конце нашего пути был взорван мост. Но, на удивление, каким-то образом сохранились балки, проложенные через мост. Дальше двигаться было нельзя, опасно.
Обстановка на переднем крае была напряженной, боеприпасы у пушек — на исходе. Фашисты готовили контратаку, и поэтому снаряды были крайне необходимы на огневой позиции.
Казарян осмотрел мост, что-то прикинул. «Смотрите!» — крикнул он нам и включил скорость. «Куда ты?! Куда?» — закричали мы и закрыли глаза. Открыли их только тогда, когда Казарян тихо произнес: «Чего сидите? Едем!» Снаряды доставили вовремя. Командир огневого взвода лейтенант А.А. Мовчан за мужество и отвагу объявил Казаряну благодарность, а днем позже мужественный воин был представлен к ордену Славы III степени».
Войска 1-го Прибалтийского фронта в ходе Полоцкой операции освободили Полоцк и развили наступление на Шяуляй.
Враг понес огромные потери убитыми и пленными, было уничтожено и захвачено большое количество техники противника, созданы условия для окружения главных сил группы армий «Центр».
Первый этап операции «Багратион» поставил группу армий «Центр» на грань катастрофы. 28 июня командующий Эрнст Буш был смещён со своего поста, его место занял фельдмаршал Вальтер Модель, считавшийся в немецких военных кругах мастером обороны. Общее продвижение Красной армии за 12 дней составило 225 – 280 километров. Во вражеской обороне образовалась брешь шириной около 400 километров, прикрыть которую полноценно было уже весьма затруднительно. Тем не менее немцы пытались стабилизировать положение, делая ставку на отдельные контрудары на ключевых направлениях. Параллельно Модель строил новую линию обороны, в том числе за счёт подразделений, перебрасываемых с других участков советско-германского фронта. Но даже 46 дивизий, направленных в «зону катастрофы», на положение дел существенно не повлияли.
После успешного завершения первого этапа операции Ставка дала фронтам новые указания о ликвидации окруженных войск противника восточнее Минска и продолжении решительного наступления на запад.
На втором этапе (с 5 июля по 29 августа) фронты, тесно взаимодействуя между собой, успешно осуществили пять наступательных операций. Завершили уничтожение окруженной группировки немецких войск в районе восточнее Минска (5 — 11 июля). Последовательно разгромили остатки отходивших соединений группы армий «Центр» и спешно переброшенных со всех уголков подкреплений. Войска соседней группы армий «Север» оказались изолированными в Прибалтике.
Бедность дорожной сети в Белоруссии и болотисто-лесистая местность привели к тому, что многокилометровые колонны немецких войск сгрудились всего на двух крупных шоссе — Жлобинском и Рогачевском, где подверглись массированным ударам советской 16-й Воздушной армии. Некоторые вражеские части были практически уничтожены на Жлобинском шоссе.
В 16-й Воздушной армии служили наши воины-горноалтайцы летчик-истребитель П.В. Чайка и уроженка с. Онгудай связист-шифровальщик Раиса Александровна Вилисова.
В ходе Белорусской операции немецкая группа армий «Центр» потерпела катастрофическое поражение, её главные силы были окружены и разгромлены. Операция «Багратион» стала грандиозной победой Красной армии. За полтора месяца наступления были освобождены Белоруссия, часть Прибалтики и Польши, советские войска подошли к границам Восточной Пруссии. В ходе операции немецкие войска потеряли более 400 тысяч человек убитыми, ранеными и пленными. Захвачены в плен 22 немецких генерала, а ещё 10 — погибли. Группа армий «Центр» фактически перестала существовать.
Как и в любом ключевом сражении Великой Отечественной войны, в операции по освобождению Белоруссии принимали участие немало наших воинов-земляков.
Пока бьются наши сердца, мы должны помнить их и передавать память о них из поколения в поколение.
Вечная память павшим и выжившим в этой ужасной войне!

А.В. Тодогошев,
внук гвардии старшего  лейтенанта М.Ф. Тодогошева

Об авторе: Звезда Алтая


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2017 Звезда Алтая
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru