Служитель дикой природы

«Планете не нужно большое количество «успешных людей». Планета отчаянно нуждается в миротворцах, целителях, реставраторах, сказочниках и любящих всех видов. Она нуждается в людях, рядом с которыми хорошо жить. Планета нуждается в людях с моралью, которые сделают мир живым и гуманным. А эти качества имеют мало общего с «успехом», как он определяется в нашем обществе». Это высказывание далай-ламы Игорь Калмыков, директор Алтайского биосферного заповедника, отметил на своей страничке в социальной сети. Возможно, как самое актуальное для современного человека, забывшего, что он всего лишь маленькая частица огромного мира.

Судьба крепко связала Игоря Вячеславовича с Горным Алтаем с тех пор, как в 2007 году его назначили директором Алтайского государственного природного заповедника. Родился он в Казахстане, в городе Шахтинске Карагандинской области в семье горных инженеров. Изначально ничто не предвещало того, что выросший в промышленном регионе Игорь Калмыков свяжет свою жизнь с охраной природы. Как и все мальчишки, он мечтал о дальних странах, морях и неизведанных островах. В общем, хотел быть путешественником.

После окончания школы поехал в Иркутск, чтобы поступить на факультет охотоведения Иркутского сельскохозяйственного института. Таких факультетов в Советском Союзе тогда было всего два. Конкурс на них был большой, и поступить в первый год не получилось. Вернулся домой и устроился на звероферму рабочим. Отец, директор шахты, попытался принять участие в судьбе сына, предложив помощь в поступлении в горный институт в Москве или Ленинграде, но эта попытка только усилила желание добиться своего. Свою роль сыграли и дядьки. Они все были охотниками, увлёкся охотой и племянник. Не столько охотой, сколько возможностью бывать на природе, чувствовать себя в какой-то степени путешественником.

Поступив в следующем году на заветный факультет, Игорь получил специальность биолога-охотоведа. Именно эта профессия позволила ему осуществить детскую мечту и на самом деле стать путешественником. Сначала это были поездки на учебную практику по Сибири и Дальнему Востоку, а потом и самостоятельная работа. Начинал охотоведом на Чукотке, затем вернулся в Казахстан. Работал заместителем директора по науке Маркакольского госзаповедника, был главным охотоведом Карагандинской облгосинспекции по охране животного мира, начальником Карагандинской облинспекции госконтроля растительного и животного мира, ООПТ.

И так до 2000 года. Наступил момент, когда в Игоре заговорил дух кочевника, он покинул свою родину, родственников, друзей и уехал из Казахстана в Россию, в Саяно-Шушенский заповедник. И вновь с рюкзаком пошёл измерять таёжные километры в качестве инспектора оперативной группы. Однако продолжалось это недолго, Калмыкова назначили заместителем директора заповедника, а в марте 2007 года министерство предложило его кандидатуру на должность директора Алтайского заповедника.

Принять решение о переезде было непросто. В Саяно-Шушенском всё уже сложилось, жизнь была устоявшейся и комфортной: дом, устроенный быт, интересные исследования жизни снежного барса и сибирского горного козла, увлекательные полевые командировки. Поэтому хоть и не хотелось всё менять, но путешественник, исследователь победил. И он вновь решил, что надо кочевать.

– Я всегда пользовался возможностями своей профессии, для того чтобы наблюдать жизнь, получать новые впечатления во время поездок, но, естественно, при этом приносить какую-то пользу, не просто кочевать и кочевать, – признаётся Игорь Вячеславович. – Мои путешествия по России или зарубежью меньше всего касаются мегаполисов, меня больше интересуют национальные парки, иногда это просто территория дикой природы.

Игорь Калмыков считает, что проблемы охраны окружающей среды касаются всех людей одинаково, особенно сегодня, когда становятся глобальными. Он только с горечью усмехается, когда слышит от очередного «успешного» человека, что природы ещё хватит не только на наш век. Какой тут век, если за последние 20 лет россияне перешли к бутилированной воде, которую покупают в супермаркетах! Да что там вода! Окрестности больших и малых сёл, излюбленные места отдыха по всей стране завалены пластиковым мусором. Разноцветные пакеты, как знамёна, развеваются на стеблях травы и ветках кустарников.

Путешествия по разным странам привели Калмыкова к главному открытию: планета Земля очень маленькая, а человек не венец природы. Общаясь с сотрудниками парков, гидами во время экскурсий, он понял, что объединяет коренные народы мира – везде люди относятся к природе с почтением и благоговением. Однако чем дальше человек развивается, тем больше отрывается от корней и начинает думать, что он хозяин земли. Никакой он не хозяин: цунами, землетрясения показывают, насколько мы беспомощны. И чем больше тот или иной регион планеты подвергается использованию, тем больше люди сталкиваются с природными катаклизмами.

– Мы жертвы современного общества. Мы потребляем гораздо больше, чем это нужно человеку. Начиная от одежды и обуви до техники. Это некая идеология, и нам её диктуют те, кто заинтересован в развитии общества потребления, – промышленники, которые производят товар. Но я уверен, должен произойти перелом в сознании человека. Уже сейчас мы видим, что наше мышление меняется, мы чаще задумываемся о своём месте и роли на земле. В целом люди в разных странах, на разных континентах очень похожи. Они обеспокоены потерей своих корней. Речь ведь идёт не об идентификации себя только с какими-то предками, с этнической принадлежностью, а о том, что в мире всё взаимосвязано, как у некоего сообщества – древесного, растительного с землёй, воздухом, водой. Если дерево теряет корни, то оно засыхает, гибнет. Наверное, существуют в мире группы людей, которые хотят, чтобы мы мыслили одинаково, тогда нами легче управлять.

Слава Богу, что Россия как раз относится к таким странам, которые стараются сохранить свою самобытность в каждом регионе, в каждом народе. Мы должны оставаться самобытными. Ну какой интерес, к примеру, ехать на Чукотку, чтобы увидеть там Алтай или Центральную Россию?

Сравнивая впечатления от увиденного в поездках, Игорь Вячеславович говорит, что Юго-Восточная Азия показалась ему неинтересной с точки зрения наличия дикой природы, «потому что там её гораздо меньше осталось, чем в той же Южной Америке или Африке». А вот с позиции эколога этот регион показателен тем, как можно быстро уничтожить свою природу. Там практически не осталось диких крокодилов, слонов. В основном их разводят на специальных фермах. Во многих странах лес уже вторичный. Да, его можно назвать диким, но вырос он на месте срубленного первичного.

– Какая разница? Генетически первичный лес отличается от вторичного тем, что после рубки биоценоз меняется. Растительность другая. Уничтожение наших мест обитания ведёт к тому, что оно уничтожает нас самих. Вот недавний пример: на Амуре, по утверждению экологов, наводнение происходило в том числе и из-за неправильного лесопользования в поймах этих рек.

Не зря в той же Европе переживают и за наш лес. Сколько бы мы ни говорили об уникальности нашего региона, давайте честно признаемся, что здесь не вырубили лес и он в Горном Алтае во многом не вторичный по одной простой причине – горы не дали сделать это. И поэтому они – хранители нашей природы, их неприступность. Мы сейчас все удивляемся тому, что ручейки ослабели, реки не такие полноводные, воды в целом стало меньше. А в течение нескольких десятилетий человек в верховьях и поймах рек вырубал и продолжает вырубать лес.

В разговоре о развитии экологического туризма в Республике Алтай гость редакции вновь вернулся к Юго-Восточной Азии, как к показательному примеру. Он согласен, что там много хорошего в создании туристической инфраструктуры, в обслуживании, но экологический туризм – это некое подобие дикой природы. Всё делается в угоду туристу.

– Создаётся некий общий «диснейленд». Если мы пойдём по такому пути, это будет не просто тупик, а катастрофа. В этом плане примером для подражания может быть Южная или Центральная Америка. Та же Коста-Рика, где мне тоже посчастливилось побывать. Там настоящая дикая природа. Это достаточно развитое, цивилизованное государство, с образованным населением. Там экологический туризм соответствует своему предназначению. Нашей республике «диснейлэнд» также не нужен, это должно быть истинное, коренное и глубинное. Если это обряд, то настоящий, а не стилизованный, проведенный по просьбе киношников… Ни в чём не должно быть подмены. Вот тогда приехавший сюда путешественник почерпнёт для себя что-то новое.

Сильнейшее впечатление о взаимоотношениях человека и природы директор Алтайского заповедника получил в Камбодже во время отпуска, увидев большой храмовый комплекс, созданный как некое величие человека и проросший джунглями. Природа погребла под корнями и кронами деревьев всё, чем так гордился человек.

Среди семейных фотографий у Игоря Калмыкова есть снимок волка с такой надписью: «Мой брат волк. Его я воспитывал в юношестве. Отдельная страница моей жизни». Это если не любимое, то одно из любимых животных, наряду с барсом, леопардом, аргали…

Читательские предпочтения Игоря чаще всего связаны с книгами о путешествиях и дикой природе. Из недавно прочитанных – «Последний романтик» Элизабет Гилберт, которая пишет о человеке примерно его возраста с очень похожими мыслями – о любви к природе, к путешествиям и к настоящему.

Для нашего гостя охрана природы – не просто банальная защита какого-то участка. Это инстинктивное желание продлить себе как можно более комфортное существование на этой планете. Он не сомневается в том, что если человечество уничтожит само себя, природа останется. По оценке специалистов, современное общество загоняет в долг перед природой своих детей и внуков. «Мы уже живём за их счёт, а это непорядочно с точки зрения родителей», – считает Игорь Калмыков.

Ещё один штрих к портрету гостя редакции. Он любит в качестве пожелания говорить такие слова: «Свободы дикого зверя и доброго ветра всем детям природы!»

Любовь ИВАШКИНА.

остановка на кордоне Беле

диалог с английским и французским  журналистами

калмыков

Related posts

комментарии