Была война… (ч.4)

Начало Часть 1, часть 2, часть 3

Мельникова-Кудрявцева Ксения Ивановна, 1936 года рождения. Село Тюгурюк.

Тятя, Кудрявцев Иван Яковлевич, ушёл на фронт, воевал под Черниговом, там шли кровопролитные бои. От него получили письмо. Он писал маме: «Береги детей, передавай моим родителям, чтобы они тебя не бросали». Мы были абсолютно раздетые и голодные.
Мама работала председателем колхоза. Неграмотная, ей прочитают, она распишется где надо.
Во время посевной приказали привести домашних коров, чтобы на них боронить, наша корова тоже таскала лямку. Шура прибежала к деду Якову Константиновичу Кудрявцеву и сказала ему про корову. Он сел на коня – и в поле. Маме сказал: «Эта корова принадлежит не тебе, не мне, не колхозу, а детям. Их отец за них голову сложил». И увёл корову домой.
Только в 1948 году принесли похоронку и нам какие-то деньги начали платить. Дядя Петя, мамин брат, пришёл с фронта, крадком увёз нас в Красноярку, там был совхоз, и жить стало полегче.
Когда мама убежала в совхоз в Красноярку, приехал прокурор, чтобы её посадить. А она говорит: «Погодите маленько, я сейчас сбегаю» – и привела нас троих. «Вот: меня садите и их забирайте, чтобы они с голоду не умерли». Он уехал, никого не забрал, но приказал, чтобы маме не давали в совхозе работу.
Бухгалтером был мамин крестник, он и оформлял мамину работу на старшую сестру Шуру.
Закончилась война. Пришли с фронта оставшиеся в живых солдаты, среди них был дядя Вася Иродов. Он попал в плен, его освободили, в госпитале отняли ногу. Жена его вышла замуж, и он остался один. Они собрались с мамой пожениться. Мама пришла к свекрови, тятиной матери, посоветоваться, и та ей сказала: «Хоть без ноги, но мужик в доме, Ванюшку мы уже не дождёмся».
Когда у нас родился Гена, старики его сильно любили. Говорила бабонька: «Тащите мне Гену-то, я повожусь, а вы поиграете». Дед его впереди себя на коня посадит и везёт.
Однажды ночью за дядей Васей пришли и увезли в Коксу. Потом их по району собрали и повезли в тюрьму. Пять человек и наш отец сидели на телеге, они совсем немощные были, один – глухонемой. За телегой гнали много народу. Мама долго бежала за дядей Васей и махала ему платком.

Орлов Владимир Иванович, 1939 года рождения. Село Банное.

Моя мама Оборнева Раиса Ивановна была дояркой. Коров доили по три раза в день, да ещё сено для них ставили. Жили голодом, ели жмых и слизун, саранки, кандык. Мама сварит жмых от коров и принесёт нам, всё же лучше, чем слизун.
Корова у бабушки была, так надо было десять килограммов масла сдать, телёнка отдать.
Мать на быках сено возила, в пять часов вставали и ехали по наледи.
Босиком мы бегали, а сейчас ногами мучаемся. Я по горам лазил. Пока лезу, снега наемся.
Ягоды всякие у нас росли, их и ели.

Кононова Ефросинья Максимовна, 1939 года рождения. Село Верх-Уймон.

Бабушка моего мужа, Василия Кононовича, Мелодора Трофимовна дожила до ста лет. У них с мужем Семёном Григорьевичем погибли на фронте все четыре сына: Кононов Конон Семёнович, Кононов Игнатий Семёнович, Кононов Прокопий Семёнович, Кононов Анфилофит Семёнович.
От сыновей осталось много внучат, в самые тяжёлые годы бабушка с дедушкой не дали им умереть. Дети от голода опухали. Фёдор, сын Конона Семёновича, совсем маленький был, так они его всё простоквашей поддерживали.

Клепикова Зоя Захаровна, 1941 года рождения. Село Гагарка.

Жили мы в Луковой. Тятю, Захара Артамоновича, я не помню. Мы проводили его на фронт, когда мне было один год и восемь месяцев. Сестре было пять месяцев. Тятю сразу убили на войне.
В нашей семье было девять детей, пять мальчиков и четыре девочки. Все слушали маму, все были в работе. Если бы мы нашу маму, Устинью Афанасьевну, не слушали и плохо всё делали, мы бы в войну не выжили.
Жили огородом, ягод много рвали. Бабушка Марина Никитична Нырова с нами жила. Очень она была ласковой, дедушка-то у нас умер совсем молодой. Жила она у нас не в обиде.
Тогда трудные годы были, ничего не достать. Мама как-то материал красивый принесла, сказала, что сошьёт бабоньке сарафан. Мы все радовались, какая у нас бабонька красивая будет.

Осокина Полина Яковлевна, 1921 года рождения. Село Чендек.

В Верх-Уймоне во время войны были дезертиры. Их бандитами звали. Я ездила по логам и деревням – масло собирала. На сырзаводе в те годы работала. А Арсонофий Гордеевич Огнёв налоги собирал.
Приехали мы в Сергеев лог. Большим кустом маральник цветёт. Сели с Арсонофием поесть под этим кустом. Я говорю: «Боюсь этих бандитов». Слух о них уже по деревням шёл. Потом, когда их поймали, узнали, что они этим кустом вход в своё жильё прикрывали. Там они сапоги шили, скот у людей воровали. Когда их поймали и привезли в Уймон, караулили их Арсонофий Андреев и Иван Ничков.
Руки у бандитов были связаны за спиной. Голодные они были. Говорю охранникам: «Разрешите, я их хоть обратом напою, люди ведь крещёные». Пошла, свеженького обрата насепарировала да дала им попить. В Коксу их увезли.

Суртаев Матвей Семенович, 1924 года рождения. Село Березовка.

В 1942 году мне исполнилось 18 лет, призвали в армию. Сначала служил в Бийске, потом отправили в Бердск. Там я был командиром отделения. В девятнадцать уже воевал. Когда человек находится на поле боя, перед ним каждую минуту, каждую секунду встаёт смерть. Сохранить здоровье там трудно. Господь Бог мне жизнь сохранил. Был миномётчиком. Получил тяжёлое ранение. Одну ногу отняли, вторая израненная.
Был в плену, меня полностью реабилитировали.

Афанасьева Лепестинья Ивановна, 1929 года рождения. Село Тихонькая.

Перед войной пришёл приказ: Ой-Бок, Ак-Кол, Бузулаево объединить в Тихонькую.
Зимой дом перевезли, а летом война вспыхнула. Отец, Иван Тимофеевич, погиб на фронте. Готовить нам не из чего было. Холод – не холод, голод – не голод, только успевай работать.
Мама моя, Евдинья Емельяновна, всех привечала, всех кормила.
Пчёлы маленько были. Луку нарвёт, картошку сварит, а хлеба не было. Жили мы бедно.

Клепикова Ирина Федосеевна, 1938 года рождения. Село Гагарка.

Тятю, Феодосия Фалилеевича, взяли на войну. Гриша у нас ещё не родился. Через семь месяцев мы на тятю похоронку получили.
Господи! Как же выжили! Полати под потолком у нас были, вечером зажгут жировушку, ничего не видно.
Ели овсяный хлеб. Горький-горький, ячменный лучше. Дадут овёс, мы его обтолкём, провеем, отхлопаем и везём в Громотуху на мельницу. Если его не веять, овёс-то, мука с камнями будет. Афоньке у нас семь-восемь годков было, а он всё без штанов ходил. Сядет на быка, мухи лезут, пауки кусают, бык то стоит – не разгонишь, то бежит.
Картошки много садили, семья-то большая. По 700–800 вёдер спускали в подполье, в погреб – вёдер по 100.
Уж после войны мы с Петькой в Тихой Собачьей с овечками стояли. Совсем с голоду замирали. Выголодались мы совсем. У Петьки рубаха изорвалась, штанов не было. Закураю (зашью) кое-как через край, она тут же в другом месте порвётся.
Тифом мы все заболели. Анна самая старшая у нас была, ей лет 13–14 было. Её на лошади увезли и даже без гроба похоронили. Мама, Феня, Аганя в больнице лежали, их мама не смогла травами отпоить. Сорок дней они там лежали.

Косарева Альбина Александровна, 1930 года рождения. Село Октябрьское.

Отец мой, Александр Лукич Кондратьев, погиб на фронте. В войну мы жили на Зерновой. Зерновая была очень хорошая ферма. Были там землянки, бараки. Люди жили там очень дружно. Зоя Валентиновна Сартакова токарем была, я слесарем работала. Тётя Варя, мать Зои Валентиновны, была такая хорошая, что и золота не надо. Зоя работала у станка по две смены. Трактора без конца ломались, всё надо было выточить и прошлифовать.
Голодные были, зерно пожарим и поедим. Захватили мы это время.
В армию пацанов провожали, они боялись стопочку выпить.

Чернова Мария Евросимовна, 1941 года рождения. Село Верх-Уймон.

В девять лет я пошла в школу. Маленькая ростиком была, до доски только со стула доставала. Ходить в школу было не в чем. Няньке Степаниде Евросимовне дали премию, она на ферме работала, – ботинки 42 размера. Я в них в школу ходила.
Сестра Пана у Прони Ленского в няньках была, и он ей валенки подшил. Они бегут, а я их догнать не могу и кричу: «Хорошо вам, у вас ноги пимочны, а у меня ботиночны».

Воспоминания записала научный сотрудник автономного учреждения «Музей истории и культуры» Раиса Кучуганова.

Related posts

комментарии