Нашёлся

Истории этой не один год — более семидесяти. Накануне войны в Ойрот-Туре жила семья Коломыцыных: два сына, четыре дочери, любящие друг друга и детей родители. Война разорвала их жизнь на «до» и «после», как и судьбы многих других. В первые месяцы Великой Отечественной на фронт были призваны отец и два сына. Мать осталась с малолетними дочерьми на руках, вскоре родила еще одну девочку. Прошло несколько тяжелых лет, когда отчаяние сменялось надеждой, когда жили от письма к письму. Со страшными ранами вернулся домой младший из сыновей: комиссовав, его отправили домой фактически умирать. Он был ранен под Муромском в обе ноги. Прооперировали так, что полностью убрали икроножные мышцы. Одному Богу известно, каких усилий матери стоило поставить сына на ноги, когда ни медикаментов было не достать, ни питания нормального. Лечили тем, что имелось — стрептоцидом да травами.
Ефим Коломыцын и его старший сын Василий оказались на разных фронтах. В феврале 1944-го от Василия пришло письмо из госпиталя. Полностью содержание послания семилетняя на тот момент сестренка Нина не запомнила, но кое-что в память ей врезалось на всю жизнь: «…Ранен в живот, высох до конца, остались одни кости. Думаю, что месяца через два буду дома. Мамочка, готовь жиров для восстановления здоровья». Больше о брате и сыне Коломыцыны ничего не слышали. Вскоре получили бумагу – пропал без вести.
Последнее письмо от отца пришло в том же 1944 году из-под Днепропетровска, а уже в мае очередное страшное известие – пропал без вести.
Прошли годы. Зимой 2013 года в редакцию пришла пожилая женщина Нина Ефимовна Катаева, младшая сестра Василия Коломыцына. Из некогда большой семьи в живых остались всего несколько человек. Пришла Нина Ефимовна со своей болью – увидев, как активизировалось поисковое движение, она попыталась отыскать следы брата Васи.
— Ведь когда-то, еще до войны, он мне жизнь спас, — все повторяла она, рассказывая о своей судьбе. – Я малышкой была, заболела сильно воспалением легких. Лекарств никаких, а Вася где-то их раздобыл да еще вина красного принес. Компрессы мне все делал, так и на ноги поставил. Из всех детей мы с ним были очень похожи, хоть и старше он меня на 12 лет. И имя он мне дал. Назвали меня сначала Зоей, в метрике так записали. А он сказал: у нас будет Нина. При взрослых прямо метрику порвал и выбросил. Очень хочется узнать, где лежит наш Вася.
Как оказалось, Нина Ефимовна уже не первый год пытается узнать хоть что-то о судьбе брата: посылает запросы в военкоматы, даже в программу «Жди меня» обратилась, но результата пока нет. Оно и неудивительно – документов никаких нет, а память семилетней малышки сохранила немногое:
— Пришла какая-то бумага, что пропал без вести. Мама у нас неграмотная была, она все эту бумажку при себе носила, даже в школу обращалась, чтобы прочитали. Так после ее смерти документ куда-то затерялся.
Было невозможно остаться равнодушной к просьбе женщины, однако сразу добиться результата не получилось. Ни один из запросов не дал ответа. Впустую искали мы Василия в Бежицке Тверской области. Тверские поисковики помочь не смогли, среди поднятых ими из небытия солдатских имен Василий Коломыцын не значился.
В 2014-м мы вновь встретились с Ниной Ефимовной:
– А город-то, может быть, и не Бежицк, а Бежинск в Орловской области, — предположила она. — Вроде мама что-то про это говорила…
И — новый виток поисков. На помощь пришел председатель регионального отделения «Боевого братства», руководитель республиканского поискового движения Александр Вилисов. Он, нашедший уже не одного солдата и знающий, каким образом и с какими ошибками составлялись в те годы списки военнослужащих, нашел Василия. В документах неверно были указаны отчество, фамилия, город, но совпадали данные о родителях, улица, номер дома. Совпадал и госпиталь – в Бежинске Орловской области. В сохранившихся бумагах значилось: «Ранен в конце января. Умер от ран и начавшегося воспаления в начале февраля. Похоронен на городском кладбище».
Надо было видеть глаза Нины Ефимовны, когда ей сообщили о судьбе брата: и боль, и облегчение.
— Нашелся Вася! Он это! — выдохнула она и заплакала. А потом продолжила: — Слава богу, хоть похоронен по-человечески…
В силу возраста и здоровья поехать на могилу брата Нина Ефимовна уже не может.
– Если бы несколько лет назад поиски дали результат, еще могла бы, — сокрушается женщина, — а сейчас мне поездка уже не по силам.
Тем не менее она начала переписку с администрацией Бежинского района, хочет узнать, в каком состоянии кладбище, есть ли там отдельные могилы, установлена ли плита. При этом Нина Ефимовна не устает говорить слова благодарности всем, в первую очередь поисковикам, которые нашли следы пропавшего много лет назад Василия Коломыцына.

dsc_0004

Наталья АНТЮФЬЕВА

Related posts

комментарии